В декабре 1867 года пермские власти обратились министру путей сообщения России с просьбой рассмотреть вопрос об открытии Уральской железной дороги. Не прошло и трех лет, как из столицы была направлена представительная комиссия Министерства путей сообщения. Рассмотрев на месте положение дел, комиссия утвердила направление железнодорожной трассы от Перми до Екатеринбурга. Будущая магистраль получила название «Уральская горнозаводская железная дорога».

При тогдашних технических возможностях строительство двигалось нескоро.

В 1876 году в Перми появилось здание железнодорожного вокзала, управления и мастерских. И лишь первого октября 1878 года свершилось торжественное открытие всей линии Уральской горнозаводской железной дороги на протяжении от Перми до Екатеринбурга протяженностью в 468 верст. Первым управляющим дороги стал инженер Николай Степанович Островский.

Об этом неординарном человеке написана книга. Автор ее – Евгений Корш – работал с Островским с 1889 года. В его воспоминаниях складывается замечательный образ начальника дороги.

«Это был красавец в полном смысле слова. Умные, живые, темные глаза, правильный нос, красивые брови, прекрасный разрез губ, добрая улыбка, роскошные усы и такая же борода... Все лицо носило отпечаток ума, энеригии и доброты. Прибавьте высокий рост и общее могучее сложение и вы поймете то большое, привлекательное впечатление, которое произвел на меня внешний вид начальника дороги. Я не знал еще его высоких внутренних качеств, но инстинктивно чувствовал, что судьба сводит меня не с заурядным человеком, не с рядовым русской образованной армии, а с одним из немногих ее вождей.

Сам Островский – двужильный, работает чуть не круглые сутки и не жалеет других, требуя, чтобы все делалось хорошо и скоро, чтобы служащие отдавали службе не только все свое время, но и свою душу. Зато он и щедр, отлично вознаграждает служащих, входит в их нужды, всячески старается улучшить быт младших служащих, не позволяет себе и другим называть их низшими служащими. И любит же его за это наша линейная мелкота.

Слушая его горячую, убежденную речь, всегда красивую по форме и увлекательную по существу, я всегда невольно думал: не инженером ему быть, а народным трибуном; не убеждать нас в правильности того или другого приема эксплуатации дороги, а вести толпу на борьбу с врагом – вот его призвание.

...Все, кому довелось работать с ним, невольно подчинялись его влиянию, становились его искренними единомышленниками и почитателями.

Сказалась эта сила и при решении вопроса, возникшего при слиянии двух линий: казенной Екатеринбург­Тюменской и частной – Уральской горнозаводской (Пермь – Екатеринбург), когда одно из двух управлений подлежало обязательному упразднению. Казалось, все шансы остаться были на стороне недавно образованного казенного управления. Но приехал министр путей сообщения, адмирал Посет, познакомился на месте состоянием обеих дорог и с руководящим персоналом обоих управлений, убедился воочию, что на одной дороге царит рутина, а на другой – жизнь, созданная умом, знанием и энергией, и судьба казенного управления была решена: оно не выдержало сравнения и ему пришлось уступить место блестящему частному управлению, которое вместе с тем превращалось в казенное управление новой Уральской железной дороги, в состав которой вошли казенная Тюменская и выкупленная в казну частная Горнозаводская линии.

...Это торжество знания и таланта произвело на Островского окрыляющее впечатление. С одному ему свойственной энергией принялся он формировать новое большое управление, стараясь собрать все лучшие силы из персонала обеих линий. что ему и удалось вполне: теперь Уральская дорога обставлена, несомненно, отлично; она обладает редко сплоченным персоналом, работающим не за страх, а за совесть. В этом вся сила Островского, весь секрет успешного ведения им большого, сложного дела».

Использована книга Евгения Корша «Двадцать лет на железных дорогах» – С.­Петербург, 1910